Саша Расков

Рассказы

Два идиота

Когда всю неделю пашешь за барной стойкой, нет отдыха лучше, чем домашний балдёж с холодным пивком и весёлым настроем. Вокруг тебя нет туристов, нет бесконечных заказов, уборки, ревизии, нравоучений, а главное — начальства. Ты подолгу валяешься на кровати, монотонно пролистываешь ленту и по настроению переписываешься с друзьями, которые, в отличие от тебя, побоялись работы на курорте. Готов поспорить, что тот вечер прошёл бы именно так, если бы дверь моего номера не зашаталась от стука. Бум, бум, бум!

читать

Рассказы

Подарок на НГ

Меня всегда раздражал фонарь. Под окном. Он регулярно ломался: то контакт отойдёт, то лампа треснет. Куда смотрели коммунальщики? Хотя ясно куда: в карман. В бездонный, тёмный, опасный, но такой родной. Впрочем, к чему это? А к тому, что тогда, к моему бескрайнему удивлению, фонарь работал, стабильно освещая путь местной интеллигенции. От пивнухи — к дому. От пустых разговоров — к праздничной ёлке. В честь Нового года.

читать

Рассказы

Триллер

Мы неслись под сотню, а может, и больше. За окном мелькал страшный дремучий лес, состоявший в основном из обгоревших стволов и скрюченных веток. После массовых пожаров в начале десятых, когда выгорела половина Тольятти, эти места превратились в пустошь. Дорога не ремонтировалась, разметка не наносилась, почти все знаки растащили на металлолом, а дачи, что чудом остались целы, почему-то забросили. Со стороны выглядело жутко, особенно ночью. Не будь острой нужды — я бы туда ни ногой. Что я — дурак?

читать

Рассказы

Махач у аптеки

Грязная, мутная, липкая витрина разорившейся аптеки отражала скромную компанию, состоявшую из троих молодых людей. Вооружившись баклажкой «Жигулёвского» и прочими ништяками, они больше часа торчали на морозе, разгоняя тоску перед клубом. Высокого и тощего, что мало пил и обожал спорить, звали Андреем. Того, кто носил кудри и постоянно умничал, — Юрой. Третьим, как вы догадались, был я.

читать